По словам эксперта, с 2018 года наблюдается "сжатие" трудовых ресурсов: молодое поколение на 30% меньше предыдущего. Это поддерживает низкую безработицу (около 2%), но провоцирует гонку зарплат и дефицит кадров.
"Облегчения не будет до 2030-х, когда подрастут дети маткапитала", — подчеркнула Зубаревич.Рождаемость упала из-за позднего возраста первого ребенка (после 25 лет, в Москве — 29), а региональную статистику теперь скрывают.
Дополнительные факторы давления — сокращение мигрантов из СНГ (с 4,5 млн до пандемии до 3,5 млн в 2022-м) и политика ограничений. Оргнабор с 2027 года усложнит привлечение для среднего бизнеса.
"Крупные как Северсталь справятся, а малым людям нужны сейчас", — отметила экономист.Гонка зарплат, пик которой пришелся на 2023–2024 годы из-за ОПК и мобилизации, замедляется в 2025-м и завершится в 2026-м на фоне стагнации экономики. Рынок труда стал сервисным (68% занятых в услугах против 50% в 1995-м). Источники кадров — регионы с низкими зарплатами и неполной занятостью:
"Успешные производства перетянут работников с четырехдневки".Зубаревич скептически оценила квоты на визовых мигрантов (235 тыс. в 2025-м, выбрано наполовину):
"Не работает завоз из Бангладеш или КНДР".Для бизнеса это "невеселая история" — дефицит сохранится в динамичных регионах.
